Импрессионизм Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо
 
| Главная | Новости | Биография | Галерея | Свидетельства и документы | Современники | Авторы сайта | Гостевая книга | Карта сайта | Полезно | Информация
 
Клод Моне Клод Моне
Клод Моне Клод Моне
Моне перед мольбертом

Моне очень редко говорил об искусстве. Он был врагом теории в живописи и повторял неоднократно, что "художнику лучше заниматься живописью, чем писать о ней". Однако письма Моне содержат размышления, из которых становится понятно, как работал художник. Из этих документальных источников ясно видно, что живопись занимала мастера постоянно, была для него наваждением, по его собственным словам.

Рисунок? "Кистью и красками..."

Моне счтает себя живописцем

"Дорогой господин... Я не знаю, что Вам ответить, <…> я рисую только кистью и красками и постоянно отказываюсь от предложений моих лучших друзей заняться тем, что мне не правится. Мне очень трудно отвечать Вам отказом <...> У меня есть несколько рисунков карандашом, выполненных в юности, но они неинтересны и не достойны того, чтобы их показывать".
Моне к (?),
Живерни, 5 апреля 1914


Рисовать "на природе"

"У меня было два этюда с изображением яблонь с плодами. Обе работы пришлось забросить: когда я пришел в тот сад, чтобы продолжить рисовать, там не было и следа яблок, всё уже собрали. Вот еще две потерянных картины <…> я разочарован и завидую людям, рисующим по памяти".
Моне к Дюре,
Ветёй, 3 октября 1880


"Нет, меня нельзя назвать великим художником или поэтом <...> Я знаю одно: я делаю все, что в моих силах, чтобы выразить то, что я чувствую, работая на натуре".
Моне к Жеффруа,
Живерни, 7 июня 1912


"Теории всегда внушали мне ужас, <...> моя заслуга в том, что я всегда писал непосредственно на натуре и старался передать свои впечатления от самых мимолетных эффектов. Я огорчен тем, что из-за меня импрессионистами назвали группу людей, не имеющий никакого отношения к импрессионизму".
Моне к Е. Шартри,
Живерни, 21 июня 1926

"Море всегда остается моей стихией"

Такое признание художник сделал Бордигеры 3 марта 1884 г. Уже в юности художник был увлечен морем, и всю свою жизнь он повторяет излюбленный мотив в различных вариациях.

"Вы знаете о моей страсти к морю, а здесь оно так прекрасно. Вооружившись всем своим опытом, я постоянно наблюдаю за морем. Я уверен, что у меня получатся замечательные вещи, если поживу здесь еще несколько месяцев. Чувствую, что с каждым днем я понимаю все лучше это свирепое море, здесь оно бушует ужасно; его зеленый цвет притягивает меня <...> Короче, я сошел с ума, по точно знаю, - чтобы достоверно написать море, его нужно видеть каждый день, в любую погоду, оставаясь на одном месте; только так можно по-настоящему попять жизнь моря".
Моне к Алисе Ошеде,
Бель-Иль, 30 октября 1886


"Вот его первые морские пейзажи: море в Нормандии, Гавр, Трувиль, Онфлёр. Художник постиг море, его самые таинственные ритмы; запечатлел атмосферу одиночества, нарушаемую плачем волн, или скопление лодок, песчаные пляжи, утесы и скалы. Море стало для него одним из величайших увлечений жизни, и, работая над морскими сюжетами, он, подобно поэту, возвышенно передает острое ощущение бесконечности".
Мирбо, предисловие к каталогу выставки "Моне-Роден", 1889


О работе над сериями

Уже с первых серий (Стога, Тополя, Соборы...) приемы работы над картинами приобретают характер системы: картины дописываются в мастерской с учетом всей серии. И теперь Моне обвиняют в том, что он работает по фотографии.

"Нет, я не в Лондоне - там я только мысленно, а сам вовсю работаю над своими полотнами. <…> Работа, которой я сейчас занят, требует, чтобы у меня перед глазами была вся серия: кроме того, признаюсь честно: ни одно из этих полотен окончательно не завершено. Я работаю одновременно над всеми ними или над значительной частью их".
Моне к Дюран-Рюэлю,
Живерни, 23 марта 1903


"Как я огорчен невозможностью выставить в этом году серию Кувшинки. <...> Я откладываю выставку не потому, что хочу экспонировать много работ, разумеется, нет; просто у меня слишком мало полотен, и я не хочу зря будоражить публику. <...> К тому же показывать лишь незначительную часть повой серии было бы очень неразумно: должное впечатление она 'может произвести лишь в полном составе. Кроме того, мне нужно иметь перед глазами то, что уже сделано, чтобы сравнить это с тем, что я делаю".
Моне к Дюран-Рюэлю,
Живерни, 27 апреля 1907


"Господин Л.А. Гэррисон произнес много неприятного и критиковал все. <…> Моне рисует много картин в своей мастерской; последнее, о чем он меня просил, - прислать ему фотографии мостов Лондона и здания Парламента, чтобы он мог закончить свои виды Темзы".
Дюран-Рюэль к Моне,
Париж, 11 февраля 1905


"Дорогой господин Дюран, Напрасно Вы уделяете так много внимания тому, о чем сообщаете мне. Всё это свидетельствует лишь о недоброжелательности и зависти и оставляет меня совершенно равнодушным. Мне знаком господин Гэррисон, которому Сарджент поручил заказать для меня небольшую фотографию Парламента, хотя я ею не воспользовался. Но это же пустяки; то, как написаны мои Соборы, виды Лондона и другие полотна - с натуры или не с натуры, никакого значения не имеет. Я знаю множество художников, пишущих исключительно с натуры и, тем не менее, создающих нечто отвратительное".
Моне к Дюран-Рюэлю,
Живерни, 12 февраля 1905


"Мои картины принадлежат народу"

Чтобы, понять художника, нужно обратиться к его творчеству. Моне не нравится, когда его расспрашивают о личной жизни: "С меня довольно моих кистей". (К Луи Вокселлю, 28 сентября 1900).

"Я стар и живу замкнуто. Меня ужасает шумиха, интервью и все подобное. Пусть говорят и обсуждают мои работы, но моя личная жизнь никого не касается".
Моне к Арнивельде,
Живерни, 19 ноября 1913


"Я надеялся, что Вы все-таки откажетесь от Вашего проекта. В глубине души я польщен, но я предпочитаю не выставлять себя напоказ, и, без ложной скромности, считаю себя недостойным такого внимания. Как художник я сделал всё, что мог, и этого мне достаточно. Я не хочу, чтобы меня сравнивали с великими мастерами прошлого, хватит того, что о моей живописи говорят критики. Вы знаете о моей симпатии к господину Фенеону; я буду счастлив принять его и поговорить с ним, но диктовать ему свои воспоминания - отказываюсь категорически".
Моне к Гастону или Жюлю Бернхейму-младшему,
Живерни, 24 ноября 1918


"Мои полотна принадлежат народу. Пусть говорят о моей работе что хотят: я сделал всё, что смог; и я отказываюсь отвечать на многочисленные вопросы, не вижу в этом никакого интереса".
Моне к Жеффруа,
Живерни, 20 января 1920


"Живопись - это такая мука!"

Часто художник погружался в уныние и был неудовлетворен своей работой.

"Я почти доволен моим пребыванием здесь, хотя мои работы далеки от совершенства. Решительно, это очень трудно <…> я считаю, мало найдется людей, так недовольных своей работой, как я. И вот, мой дорогой, я хочу бороться, соскабливать краску, начинать заново. Мне кажется, что когда я вижу природу; мне но силам сделать всё, я принимаюсь за работу и забываю обо всем <...> Все, что доказывает, что нужно думать только о работе. Наблюдая и размышляя, можно добиться результата".
Моне к Базилю,
Онфлер, 15 июля 1864


"Вот уже целый месяц у меня не получается ничего стоящего. Я соскоблил и уничтожил почти всё, что до этого сделал, и я очень недоволен собой: потеряно прекрасное лето. Живопись - это такая мука! Решительно, я ничего собой не представляю".
Моне к Кайботту,
Живерни, 4 сентября 1887


"Когда его (Моне) спрашивают о его творчестве, сразу становится понятно, что он недоволен своей работой из-за неспособности воплотить на полотне гнои видения. Перед его глазами предстает бесконечная поэзия спета и воздуха, и он считает себя неспособным отразить ее на картине. Но он ошибается".
G. Geffroy, Claude Monet,
Paris, 1922.


"Всё мое время отдано живописи"...до самого конца

Смерть друзей и близких, война, катаракта... Моне старается забыть обо всех ударах судьбы перед своим мольбертом и в саду Живерни.

"Я вновь взялся за работу: это лучшее средство, чтобы не думать о сегодняшних невзгодах. Но мне немного стыдно, что я ищу новые средства выражения формы и цвета, когда столько людей страдают и умирают ради нас".
Моне к Жеффруа,
Живерни, 1 декабря 1914


"Я стал рабом (своего творчества), стараюсь выразить невозможное. <...> Жить мне осталось немного, и нужно посвятить всё мое время живописи, надеясь, наконец, сделать что-то хорошее, то, что принесет мне удовлетворение".
Моне к Г. Бернхейму-младшему,
Живерни, 3 августа 1918


"Занятый работой, я забываю обо всем. Я так рад вновь обрести способность воспринимать цвета. Я словно воскрес".
Моне к Г. Бернхейму-младшему,
Живерни, 6 октября 1925


"Мой дорогой, добрый друг, мне уже настолько лучше <...>, что я подумывал взяться за кисть и краски, то есть вновь продолжить работу. Но мне помешало некоторое ухудшение и возобновление болезни, Однако я не теряю надежды и сейчас занимаюсь переустройством моих мастерских и работами по саду. Итак, Вы видите, что я мужественно преодолеваю боль <...>
Знайте же, что если силы ко мне не вернутся настолько, чтобы продолжать работу над панно, я решил отдать их такими, как есть, или хотя бы часть из них.
Как всегда, Ваш друг".
Моне к Клемансо,
Живерни, 18 сентября 1926



 
Скрипт выполнен за 0.0053 сек.

Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов